borya_spec | История о том, как одно слово изменило жизнь человека (Reply)

Рисовал я, конечно же, не всегда. Перед тем, как увлечься этими своими "художествами", я был вроде как прозаиком. Истории и рассказы писал. Из жизни, что характерно. То есть, не выдумывал ничего. Глубоко уважаемая мной web_mistress попросила меня выложить здесь ее любимый рассказ про сепаратор. По многим причинам ей я отказать не могу в принципе. Поэтому и выкладываю.

История о том, как одно слово изменило человеку жизнь

Действующие лица:

Я - просто я.

Сергей - мой друг детства.

Место действия - город Рига, начало девяностых.

Было это очень давно - лет 15 назад в эпоху бурной и беззаботной юности.

Мой друг - Сергей, был в ту пору настоящим морским волком, ходил на судне в далекие и жаркие страны, вдыхал солоноватый морской ветер, покупал на сэкономленную валюту редкие тогда "заграничные вещи" и так далее и тому подобное. Не мне вам рассказывать, какие бывают моряки. Сергей был механиком-мотористом-управленцем двигателем какого-то супер-нереально-высокого разряда. Капитан Немо по сравнению с ним мог открывать кингстоны и топиться со стыда.

Но ничто не вечно под луной, рейса подходящего не было - так что сидел Сергей на берегу и покорно ждал своего часа, глаза же его тоскливо глядели в манящие дали морского горизонта. И вот как-то раз из самого главного морского агентства приходит весточка, что мол, труба зовет, отдать швартовы, в путь отправляться вам пора, но сначала одна маленькая малость - надо пройти две языковые аттестации. Первая – как и положено по международным морским законам - английский язык. Вторая - латышский, по законам молодой незалежней республики. Тут стоить заметить, что Сергей владел тогда всего тремя языками:

- русский, он у него родной.

- мат, овладел на судне в совершенстве.

- немецкий - знал, что такое "хенде хох".

И на этом его лингвистические умения благополучно заканчивались. Поэтому Сергей стал меня уговаривать прикинуться Сергеем и сдать экзамен за него. Я отпирался, как мог, мотивируя это тем, что наверняка завалюсь, ибо там скорее всего заставят по-английски рассказывать "Правила Предотвращения Столкновений Судов На Море" или нечто подобное. Сергей, захлебываясь пеной изо рта кинулся уверять меня, что экзамен простейший, спросят лишь, как зовут маму с папой, как я провожу воскресенье и какой породы у меня пудель.

- Экзаменационный лист-то без фотки, ну скажешь, что ты - это я и дело в шляпе! - уговаривал он меня.

Я в свою очередь пытался привести главный аргумент против сдачи экзаменов - у меня как раз в это время было намечено дневное рандеву с одной совершенно потрясающей студенткой, которая ради такого дела собиралась прогулять университет. Но Сергей так напирал, что в конце концов я сдался, решив что девушка никуда не денется, мол, быстро все сдам и приеду.

Пожав друг другу руки, мы поехали "сдаваться". Настроение у нас было воодушевленное и бодрое. У меня потому, что я предвкушал скорое свидание, а у Сергея - от близкого уже шума и бульканья воды в кильватере уходящего банановоза. Но, приехав в агентство, мы поняли, что все не так просто. Коридор был забит моряками под завязку, экзамен принимали две неторопливые девушки, а мы были где-то сороковыми в очереди.

Если честно, я расстроился. Все это могло запросто растянуться до вечера. За то дико развеселился Сергей. Все те четыре часа, которые мы стояли в очереди, Сергей подкалывал меня скабрезными шуточками, на тему неудавшегося свидания, ждущей в одиночестве девушки и потерянных возможностях. Я хмуро молчал, не реагируя явно на его сентенции, хотя в душе все кипело.

Утешало одно: все выходящие из чрева кабинета моряки, подтверждали информацию о том, что рассказа о папе и маме хватает, чтобы получить пятерку в документ и швартовочный конец в руки. Сергей, воодушевленный данной информацией, стал злорадствовать с удвоенной энергией. Он извивался как змееныш, при этом беспрестанно хихикая и шутя так, что Регина Дубовицкая, услышав все это, сделала бы его соведущим. Но видно, Высшие Силы решили наказать юнгу-шутника за все. Надо же было такому случиться, что обходящий свои владения Главный Начальник Пароходства, увидел гигантскую очередь и решил помочь девушкам поэкзаменовать морских волков. И по иронии судьбы тотчас наступила моя очередь. Надо ли говорить, что именно мне выпало идти к Нему.

Сергей похлопал меня на прощанье по плечу и я пошел. Для начала я решил создать первое впечатление. Кося "чисто под моряка", я вошел вразвалочку в кабинет, воображая себя капитаном Ларсеном. Подходя к столу, я отметил, что для полноты картины надо было бы на руках нарисовать татуировки - якорь и голую русалку с большой грудью и чешуей.

- Хелло! Хав а ю? - поприветствовал я начальника.

- Сеньк ю, ам файн - ответил он и добавил - сит даун.

- Ага - ответил я на неопределенном языке.

Услышав "ага" он с интересом отвлекся от заполнения какой-то ведомости и стал внимательно меня разглядывать.

Потупившись, я присел и приготовился блистать языкознанием.

- Вот ис йо нейм? - немного подумав, спросил начальник.

- Май нейм ис БббббСергей!!! - выпалил я.

- Ясно - почему-то по-русски ответил он, - а фамилия как?

- Галвиньш - голосом герцога Бэкингэма ответил я.

Начальник молчал, явно начиная понимать, что перед ним "тяжелый случай", но пока не понимая почему. Все это время я широко и по-идиотски ему улыбался. Представьте себе выражение лица Швейка, и вы поймете, почему начальник неуютно себя чувствовал.

Немного подумав, он по-английски спросил, как зовут моих родителей и где я живу, а также когда я родился. На все эти вопросы я ответил без запинки, с Оксфордским акцентом. Когда я проговаривал звук "Л", я языком едва ли не касался гланд, при этом я очень мило по-вологодски "окал", не зная до сих пор, зачем. В душе кипела радость, за то, что начальник - такой болван и ни о чем не догадывается. Кроме того, я рассказал почти всю обязательную программу...

- What amount of lubricants has used in piston's group of your ship's engine? - внезапно спросил он (могу ошибаться в окончаниях, академиев-то не кончал).

- Чего-о-о-о? - ответил я по-русски голосом, каким разговаривают с хулиганами, просящими закурить. Я так не ожидал такого вопроса, что с перепугу позабыл весь английский язык. Ну, думаю, гад ты Сережа - не предупредил.

Он повторил свой вопрос. Я перестал изображать Швейка. Напротив, по моему выражению лица могло показаться, что я пытаюсь мимикой передать всем присутствующим, на что похожа голова селедки пряного посола, в частности ее лицо, если таковое можно назвать таковым.

Нависла нехорошая тишина, надо было что-то говорить. И я сказал первое, что пришло мне в голову.

- I'am sorry, I don't know, what is "piston"!

Лучше бы я этого не говорил! Начальник вскочил из-за стола и стал бегать по комнате, согнувшись и заложив руки за спину. Помните, как это делал доктор Мориарти в фильме о Шерлоке Холмсе? Вот-вот...

Внезапно он тихо подкрался ко мне сзади и заорал в ухо:

- Ты действительно не знаешь, что такое "piston"?????

- Не-е-еа - просто ответил я.

- Но ты механик? - полу утвердительно произнес он.

- Oh, yeah!

- Высокого разряда?

- Oh, yeah!

- И не знаешь???? - почему-то переспросил он, не веря своему счастью.

- Си - сказал я и понял, что происходит что-то не то.

Он погулял еще немного, подумал, сел, помолчал и произнес:

- Piston, молодой человек, это ПОРШЕНЬ! И Вам, как механику-дизелисту высокого разряда это надо бы знать!

- Ох, ёптыть! - выпалил я, - Поршень-то я знаю, просто слово забыл. Это там, в моторе!

Он еще раз посмотрел на меня, казалось, с какой-то невыразимой тоской и снова спросил:

- OK. What is separator?

- Оу! Это сепаратор!

- А ДЛЯ ЧЕГО сепаратор???!!!

- Сливки делать из молока, - снова заулыбавшись, как Швейк выпалил я.

- Та-а-а-а-ак, - сказал он и я понял, что меня, наверное, сейчас сильно побьют и, скорее всего дыроколом.

- Да, вот так..., - с грустью в голосе подтвердил я.

Начальник немного помолчал, а потом быстро стал задавать вопросы голосом "колющего" меня следователя. Я отвечал быстро, понимая, что терять уже нечего. Как говорят в местах заключения, я "врубил бодряка".

- На каких судах проходил практику?

- "Викторио Кодовильо"! (это я знал).

- Сколько времени была практика?

- Два раза по 8 месяцев! (это я знал).

- Как звали капитана?

- А, черт его знает... (я понял, что он хочет валить на фамилиях, поэтому ушел в несознанку)

- ТО ЕСТЬ КАК???

Я стал пороть все, что мне приходило в голову, надо же было бодро отвечать.

- Ну не знаю я, он знаете ли, мне не представлялся!

- Да-а-а-а??? А боцман тоже не представлялся?

- Тоже нет! Я его всего-то и видел пару раз!

- Не видел боцмана??? Господи, что же ты делал на судне, если не знаешь, как капитана и боцмана зовут, если не знаешь, для чего сепаратор и как поршень называется!!! Что ты делал на судне?!!! Ну?!!! Говори!!!!!

Казалось, он вот-вот зарыдает. Ответ надо было хорошенько продумать, и я после небольшой паузы очень важным голосом произнес:

- Известно что делал, палубу красил!

- Что-о-о-о-о-о????

- Палубу....

- Весь рейс?!!!

Я понял, что лучшая защита - нападение и застрекотал:

- Дык, то палубу им крась, то якорь точи, то канаты складывай! А у меня вообще аллергия на краску! Так нет же, иди крась, механик! Это я на словах механик. По документам механик. А на деле - кисть в зубы, пошел красить! Я то просил капитана, пустите, мол в машинное отделение, хоть на дизель этот поглядеть, а то на картинках только видел, в учебнике. Ага, как же. Нефиг там тебе делать, еще отвинтишь что не то, иди лучше крась! Так и красил весь рейс, как пришибленный! До сих пор пахну...

Начальника стало лихорадить.

-Это кто же тебя красить заставлял?

- Известно кто, капитан!

- Таааак! Да ты заешь!!! Да я.... Ды как же это.... Капитан этот, на "Кодовильо" - мой друг вообще! Сегодня у меня состоится с ним серьезный разговор…

(голос его задрожал) Да я... Сегодня! Да! Что же это... Как же он... Ну сегодня все…

Я не понял, что «сегодня все», но понял, что дело приняло достаточно дурной оборот. Начальник разбушевался, его трясло, глаза лихорадочно блестели, поэтому я покорно сидел на стуле, не улыбался и не возникал. На лице у меня была написана боль из-за того, что я так и не увидел дизеля.

Несколько раз, глубоко вздохнув и выдохнув (ну, знаете – как на приеме у терапевта), он нечеловеческим усилием взял себя в руки и изрек:

- Ладно, сегодня у меня с капитаном твоим будет серьезный разговор. А мы с тобой сейчас займемся аттестацией по латышскому языку.

Я решил, что лучше его не злить и сказал правду:

- Вот чего не знаю, того не знаю. Нихт фирштейн.

голос начальника задрожал еще сильнее, а вот лицо до этого так не багровело – сейчас оно цветом и текстурой напоминало перезрелый помидор из Болгарии.

- Не знаешь ни слова?

- Не, ну знаю, как "хлеб" там будет, или как "мама"...

- Ты же Галвиньш, латыш?

- Ну да!

- И не знаешь?

- Мама не учила. Говорила, мол, не пригодится это тебе, сынок.

Он замотал головой. Видно было, что он горячо сожалеет о том, что ввязался в эту авантюру с экзаменами. Потом он взял экзаменационный лист в руки и стал писать там цифры, приговаривая:

- Ну... Английский ты знаешь хорошо!

Я гордо заулыбался. Он продолжал.

- И поставлю я тебе "пять", НО! Тогда, когда ты придешь через неделю и расскажешь, для чего же нужен на судне сепаратор. А пока "два", не обижайся.

- Да ладно, ничего – тихо ответил я.

- А вот по латышскому ставлю тебе "четыре"!

- Да за что же "четыре"?!! - возмутился я.

- За то, что Галвиньш. Что же я латышу буду "кол" за латышский ставить? А теперь, ступай!

- А давайте по латышскому "три" и по английскому "три"....

- Ступай! Иди-иди! Через недельку придешь!

Я вышел в коридор и увидел сияющего Сергея. Молча взял его под руку и вывел на улицу. Усадив его на скамейку, я начал свое повествование с фразы:

- Что же ты баран, мне про сепаратор не рассказал!

Вникая в подробности происшедшего, Сергей на глазах бледнел. Вскоре уже он выглядел как огурчик: был весь зеленый и в пупырышках. Когда я дошел до темы с капитаном, он зашатался и на время затих. После этого как-то совсем поник, сгорбился и тихо сказал:

- Поехали, Борька домой. Фиг с ним, с этим морем...

Я утешал его как мог и обещал проштудировать за неделю всю судовую механику.

Но Сергей твердо решил в пароходстве больше не появляться.

Больше моря Сергей не видал. Вместо этого он увлекся бытовой техникой и на данный момент является одним из ведущих специалистов в городе по стиральным машинам и всяким таким штуковинам. За что, вроде как даже меня благодарит.

К чему я все это написал, спросите вы. Да просто вот так одно слово - "сепаратор" может изменить всю жизнь отдельного взятого человека. А вы как думали?

КОНЕЦ